понедельник, 31 августа 2009 г.

Тәуелсіз Қазақстан жасасын!

«Всё страньше и страньше!», - воскликнула Алиса.

Лето завершилось пёстрой кутерьмой событий, увенчанной тремя днями государственного праздника. В Астане празднование 14-й годовщины «жизни страны по Основновному Закону» к радости столичной детворы было ознаменовано демонстрацией военной техники. Поскольку никаких вразумительных причин подкрепления гражданского праздника сугубо военным мероприятием высказано не было, рискну озвучить свою версию. Диктаторские режимы по своей природе тяготеют к парадам и шествиям. Демонстрация военной мощи тешит самолюбие властителя, а умелая организация толпы легко стирает индивидуальное сознание и подчиняет его коллективному. Для президента, чьё активное участие в руководстве страной всё чаще и чаще ставится под сомнение, нельзя было придумать лучшего повода выступить в роли Верховного Главнокомандующего и показать, кто в Казахстане продолжает командовать парадом. В приветственном слове глава государства с гордостью отметил роль вооруженных сил, органов национальной безопасности и внутренних дел в укреплении независимости нашей страны. Подтекстом прозвучало, что там, где ресурсов последних двух ведомств будет недостаточно, обеспечивать стабильность будут армейские подразделения.

В списке наименее затратных и наиболее разрушительных средств газета “Республика - деловое обозрение. Дубль-2” сделала серьёзную заявку на почётное второе место, сразу после носового орудия «Авроры». В случае с легендарным крейсером один холостой выстрел повлёк за собой 70 лет разрухи, в случае с газетой два абзаца обошлись государственной казне в шесть миллиардов долларов. Я не понимаю, почему в суд на газету подаёт банк, а не государство, ведь это же его, государства, деньги продолжают снимать со счетов вкладчики. Процесс Республика Казахстан против Республики Дубль-2 мог бы стать ещё одним убедительным сигналом злопыхателям всех мастей, критикующим нашу банковскую систему. Ни в коем случае не пытаясь повлиять на решение суда, рискну предположить, что интересы государства в очередной раз восторжествуют над здравым смыслом. Газета уйдёт в интернет - печатное слово станет непечатным. Победа правосудия вернёт вкладчиков в БТА и дальше всё будет, как в заставке, предваряющей программу «Жетi кун».

Арест Жомарта Ертаева подтвердил в который раз, что в Казахстане стране не чувствовать себя виноватым вовсе не значит быть невиновным. Тот факт, что Самурая закрыли, не дожидаясь возвращения в страну главы Сеймар-Альянса, говорит о том, что присутствие последнего в стране не всем на руку. Обещание Маргулана Калиевича сотрудничать со следствием из-за рубежа, по серьёзности намерений сравнимо с пожеланием счастья в Новом году. Что не вызывает сомнений, так это результаты судебного разбирательства. Прецедент приговора в отношении новой категории врагов государства был создан Алмалинским судом Алматы. Бывший директор алматинского филиала АО "Цеснабанк" за девять неподтверждённых фактов получения "неустановленных сумм, в неустановленное время, в неустановленных местах" получил вполне конкретные 8 лет с конфискацией имущества и возмещением (неустановленного?!) ущерба.

Много шума вызвал пресс-релиз БТА Банка о замораживании активов английским судом. Как и ранее, в случае с аудиторами, решение суда было преподнесено, как окончательная и бесповоротная победа новой команды. На самом деле, речь идёт о выполнении предварительных процессуальных процедур, предшествующих основному слушанию. Выпущенный Высоким судом Англии приказ о замораживании активов является стандартной процедурой в рамках рассмотрения имущественных исков. Замораживание средств в обеспечение иска касается как ответчика, так и истца, и направлено на то, чтобы обеспечить покрытие ущерба той стороне, в пользу которой будет вынесено окончательное решение. По причинам, связанным с требованиями английского законодательства, я не могу в настоящий момент обсуждать подробности приказа. Скажу только, что подача иска именно в английской юрисдикции – безусловно, положительный факт.

В целом, последняя неделя августа была слишком богата событиями, чтобы поверить в их случайность. Я могу язвить по поводу исполнительской неуклюжести наших чиновников, но никогда не сомневаюсь в том, что за их действиями стоит своя железная логика. Эту логику я могу не понимать или не принимать, но она, безусловно, есть. И в рамках этой логики все происходящие события, при кажущейся хаотичности, выстраиваются в стройный ряд направленных шагов. Я не знаю конечной цели этих шагов, я могу только догадываться о сроках, но, похоже, готовится что-то неординарное. Как всегда, в преддверии катаклизмов, время замедляется, обостряется интуиция, незначительные прежде перемены во внешней среде обретают смысл. Поживём – увидим.

пятница, 21 августа 2009 г.

Грузите апельсины бочками или кредиторы в поисках смысла.

Вам не доводилось что-то спонтанно ремонтировать в доме, не знающем мужских рук? Когда на вопрос, есть ли в наличии какие-нибудь инструменты, хозяйка приносит потемневшую от времени коробочку, в которой вперемешку свалены шурупы, гвозди, шпингалеты и прочий хлам? Повезёт, если в этой фамильной реликвии найдётся отвёртка, но чаще приходится обходиться кухонным ножом. Такое же впечатление коробки с хламом у меня оставила и вторая инвесторская презентация БТА, размещённая на сайте банка (http://www.bta.kz/files/BTA-Update-on-Restructuring-Process-180809-Final.pdf). И выбросить эти болты и гайки нельзя, и собрать из них что-то вразумительное не получается.

Начнём с того, что назвать язык, на котором написана презентация английским, можно только с большой натяжкой. По-видимому, многочисленные международные консультанты банка разъехались в отпуска, и переводить слайды пришлось компьютеру. В итоге, розничные клиенты банка превратились в «естественных персон», миноритарии – в «бывших контролирующих экс-акционеров», а главной надеждой руководства в деле восстановления активов стали «преступные/регуляторные и похожие на них организации». Впрочем, последняя фраза, скорее всего, переведена без искажения смысла.

Чтобы сэкономить время своим бывшим экс-коллегам на перевод, а заинтересованным читателям на чтение, я попробую вкратце резюмировать содержание 53-х слайдов. Презентация разбита на пять частей. Первая называется «Последние события и вмешательство правительства». В ней представлена официальная версия захвата банка, которая почти дословно звучит следующим образом.

«Изучив портфель банка, АФН 29 января потребовал срочно создать 340 млрд. тенге провизий. Такой шаг приводил к нарушению пруденциальных нормативов, поэтому правительство, не дожидаясь ответа банка, приказало Самруку в принудительном порядке стать акционером. Самрук выполнил приказ, закачав в банк 212 млрд. тенге. Срочное предписание АФН банк выполнил к 1 июня, создав не 340 миллиардов, а 1 триллион тенге дополнительных провизий. При этом большая часть пруденциальных нормативов была нарушена». Вопросы есть? Вопросов нет.

Следующие три слайда знакомят инвесторов с новым составом СД и правления. Причём, графы вновь прибывших членов команды помечены яркими красными бирками с надписью «Новинка». В буклетах, распространяемых в супермаркетах, такой маркетинговый ход используют для привлечения внимания покупателей к новому сорту сосисок или шампуня. Две из трёх новинок с прилавка уже сняли - банк подтвердил увольнение Мамештеги и Ботабаева. Вероятно, постоянное обновление ассортимента является неотъемлемой частью стратегии нового менеджмента.

Вторая часть презентации посвящена стратегическим приоритетам. После отмывания словесного песка на дне лотка остаются:

- остановить продолжающийся отток депозитов;
- сохранить приток государственных средств по существующим программам;
- искать альтернативные источники получения государственных средств;
- сокращать работающий портфель банка с целью возврата средств;
- сокращать персонал и количество отделений;
- распродавать доли в дочерних компаниях.

Если перечисленные меры относить к стратегическим, то это самая короткая стратегия, о которой мне доводилось слышать, и называться она должна: «Дожить до зимы!». Жизнедеятельность банка сегодня обеспечивается только за счёт постоянного вливания государственных средств. И все творчество управленческой команды сводится к тому, чтобы под каким-то ещё предлогом эти средства у государства вытащить. Руководство банка видит неиспользованные резервы в средствах фонда стрессовых активов, рефинансировании проектов через Евразийский банк развития и волевом привлечении в качестве клиентов государственных компаний. Согласится ли с этим творческим подходом президент, не ясно.

Что касается распродажи дочерних компаний, то это в нынешних условиях процесс тяжёлый и долгий. Из всех активов группы, заботливо собранных банком за предыдущие десять лет, новое руководство собирается оставить только БТА Секьюритиз, а также украинский и российский банки. Учитывая, что последние два после захвата головного банка к группе никакого отношения не имеют, можно с уверенностью сказать, что даже от обещанного г-ном Сайденовым достаточно крупного козлика, после реструктуризации останутся лишь рожки да ножки.

Следующие две части презентации посвящены нелёгкой работе KPMG/Lovells и стратегии реструктуризации. При всём желании, мне не удалось вытащить из этого словесного потока крупицы смысла. Аудиторы продолжают работу и должны закончить её то ли ко второму, то ли к четвёртому сентября. А работа английских юристов по возврату активов настолько засекречена, что говорить о ней нельзя. Насчёт KPMG не знаю, а вот про Lovells бессовестно врут. Складывается впечатление, что ситуация гораздо хуже, чем она была на момент первой презентации, и руководство банка просто боится это озвучить. Как и ожидалось, качество портфеля продолжает быстро ухудшаться. За июль банк дополнительно начислил 800 млн. долларов провизий. Это значит, к сентябрю денег на реструктуризацию НЕ ОСТАНЕТСЯ.

Судя по всему, новая команда не хочет тратить силы на разработку бизнес-плана по выводу банка из кризиса. Его презентация перенесена на 2-4 сентября, так же, как и отчёты KPMG, Lovells и White&Case. После этого у кредиторов будет целых две недели на принятие решения о полном списании долгов. Вся пятидесятистраничная презентация оставляет впечатление густой дымовой завесы, под прикрытием которой на сцене меняют декорации. Может, внезапный переход двух членов правления на другую работу даст нам подсказку, в каком направлении будет развиваться дальнейший сюжет?

среда, 19 августа 2009 г.

Страх убивает разум.

Теперь, когда прокуратура официально предъявила обвинения и первые двенадцать из длинного списка обвиняемых по делу БТА банка ожидают суда, настало время поговорить о том, какие встречные обвинения я мог бы предъявить людям, развязавшим эту авантюру. Если отбросить прокурорские эпитеты о преступном сговоре, претензии в адрес меня и моих бывших коллег заключаются в том, что мы вкладывали привлечённые нами же деньги в высокодоходные проекты за пределами Казахстана, в результате чего чиновникам после захвата банка досталось меньше того, на что они рассчитывали. На фоне публикуемых цифр мои личные потери могут показаться совершенно незначительными. Меня лишили работы, дома, репутации и, в какой-то мере будущего, поскольку независимо от последующего развития событий фигурирование в списках Интерпола, карьеру финансиста никак не красит. Тем не менее, мои основные претензии к чиновникам отнюдь не имущественного характера.

Главная моя претензия заключается в том, что с их подачи в стране целенаправленно нагнетается позабытая со времён Советского Союза атмосфера страха и беззащитности человека перед системой. Страх – одна из самых ядовитых эмоций. Он легко и исподволь пропитывает все уровни нашей жизни и становится её новой нормой. Незаметно для себя мы начинаем рассказывать анекдоты только на бытовые темы, заискивающе улыбаться ГАИ-шнику, и к власть имущим одноклассникам обращаться только по имени-отчеству, и оппозиционные газеты обходить стороной.

Для страха нет надёжного противоядия. Он разрушает логику, искривляет мораль, разъедает сознание человека, лишая его человеческих черт. Мне не в чем упрекнуть своих друзей и знакомых, но с момента моего отъезда их круг резко сократился, а те, что остались, большей частью избегают переписки и разговаривают по телефону короткими напряжёнными фразами. Я сам прошёл через это и потому понимаю их, как никто другой. Они боятся не за себя, а за близких, за тех людей, за которых они в ответе. Нам кажется, что такой страх… благороднее, что ли? На самом деле нет. Он просто больше оправдывает в наших собственных глазах.

Страх удивительно живуч, он как плесень может годами дремать в сухих спорах, чтобы снова ожить и начать расползаться при благоприятном стечении обстоятельств. Почти три поколения отделяют нас от ужасов 37-го года, но при первых признаках усиливающегося государственного беспредела мы с удивлением открываем в себе навыки, о существовании которых раньше и не подозревали. Мы ведём разговоры, только на природе (лучше у речки), и батарейку из телефона вынимаем, и музыку включаем, и говорим иносказательно, и ключевые имена пишем на черновике, и бумаги только в шредер. И, не смотря на это, всё равно боимся, потому что дедовская фраза «Везде уши!» с развитием техники приобрела поистине буквальный смысл.

Страх закрывает человеку дорогу к счастью. Он отравляет радость ожиданием неминуемой расплаты. Он тянет нас вниз, коверкая причинно-следственные связи, заставляя стучать по дереву и сплёвывать через левое плечо. В какой-то момент нам начинает казаться, что как только мы по рассеянности перестанем бояться, с нами тут же случится что-то страшное. От этой мысли всего полшага до убеждения, что пока мы боимся, ничего страшного с нами случиться не может.

Страх, как государственная политика, аморален вдвойне. Он разлагает общество на десятилетия. За годы, прошедшие после развала Союза, уже и Интернет появился, и по миру поездили, и советское прошлое привыкли вспоминать только на 9 мая, а вот началась борьба с коррупцией, и полезли из сырых щелей скользкие чешуйчатые призраки. Сначала появляются внешне безобидные «мне дела нет» и «моя хата с краю», но следом за ними уже напирают уродливые твари доносов и предательства. Авторы японской системы менеджмента «кайдзен» выяснили, что для того, чтобы победить страх подчинённого перед начальником компании нужно как минимум десять лет. Чтобы победить страх перед системой нужно несколько поколений.

Я понимаю, почему нагнетание страха началось именно сейчас, когда в стране всё относительно благополучно. Стареющий президент, которого даже за глаза теперь называют не Папой, а Дедушкой, заставляет подросшее поколение чиновников задумываться о том, что же будет после того, как он окончательно отойдёт от власти. Подойти к этому событию неподготовленным значит обречь себя на верную политическую смерть. Одиночки начинают примыкать к группам, а группы воевать между собой за сферы влияния. И в этой борьбе неоспоримое преимущество у тех, кто уже стоит у властных рычагов. Они сделали ставку на страх, не осознавая всех губительных последствий такого подхода.

Дело в том, что страхом невозможно управлять. Спущенный с цепи он как радиация поражает в равной степени и жертв, на которых был направлен, и тех, кто его выпустил. Им тоже страшно. Страшно премьеру потерять своё кресло. Невесёлая статистика его предшественников (Кажегельдина, Балгимбаева, Ахметова) не оставляет ему надежд на продолжение политической карьеры. А откровенная неспособность правительства управлять кризисной ситуацией делает премьера лёгкой мишенью даже для его доброжелателей. Беззаветная преданность президенту и раньше никому не служила надёжной опорой, а теперь в условиях тотальных репрессий и слабеющего влияния отца-основателя может запросто стать отягощающим фактором. Кроме того, наезды премьера на прочие властные группировки гарантируют ему тёплую встречу на выходе из Дома правительства. Я думаю, лучшим вариантом для Карима в случае потери власти может стать жизнь вдали от родины. Это страшно и не может не занимать мысли премьера.

Страшно и Келимбетову, который пошёл ва-банк, сделав ставку на тандем премьера с Кулибаевым. Резерв его непотопляемости уже исчерпан, а авторство в захвате банков и растрате половины Нацфонда может потянуть на что-то более серьёзное, чем общественное порицание. Я думаю, страшно и профессиональным финансистам, не успевшим вовремя спрыгнуть с разгоняющегося поезда и теперь вынужденным нестись в нём к неминуемой развязке. Как у любых профессионалов, их опыт всегда будет востребован на рынке, вопрос только в том, насколько им удастся отмежеваться от обвинений в соучастии.

Мне очень хотелось бы в завершении статьи опубликовать универсальное средство от страха, но, к сожалению, его не существует, также как не существует универсального рецепта счастья. Страх у каждого из нас свой, и преодолеть его мы можем только в схватке один-на-один. Очень хорошо об этом написано у Коэльо в Дневнике Мага. Из всех найденных в интернете цитат мне больше всего понравилась вот эта: «Страх как самогипноз проявляется в том, что человек сам внушает себе некий предел, до которого он может собой распоряжаться, а после которого - нет. Всё, что находится за этим пределом, человек по собственной воле отдаёт на откуп чудовищу, способному пожрать его в великих муках». Мы не можем полностью уничтожить страх, но в наших силах раздвинуть эти пределы, которые существуют в нашей собственной голове. Чем дальше мы их отодвинем, тем больше места в нашей жизни будет для нас самих и для тех, кто нам дорог.

И закончить мне хочется цитатой Френка Герберта из «Дюны»: «Страх убивает разум… Я смотрю в лицо моему страху, я дам ему овладеть мною и пройти сквозь меня, я обернусь и посмотрю на тропу моего страха. Там, где прошел страх, не останется ничего лишнего. Там где прошел страх останусь только я».

вторник, 18 августа 2009 г.

И вот под этой приятной личиной скрывался, блин, уголовник!

Понаблюдав на прошлой неделе за активно пиарящимся г-ном Келимбетовым, премьер-министр, по-видимому, решил, что немного паблисити ему тоже не повредит, и провёл в Астане селекторное заседание правительства. Первыми отчитались соратники. Министр экономики Бахыт Султанов предупредил коллег, что для выполнения данного им президенту слова о приросте ВВП в оставшиеся два квартала надо будет добавлять по два процента к показателям предыдущего года. Главным инструментом достижения этой цели министр видит ещё более активное расходование государственных средств под лозунгами антикризисной программы. Впрочем, по мнению министра дна кризиса мы достигли ещё в первом квартале и с тех самых пор теоретически готовы к всплытию.

Следом управленческими успехами похвастался глава Самрука. 900 млн. долларов, пущенных холдингом на поддержку МСБ в условиях сокращения корпоративного кредитования вполне предсказуемо вызвали увеличение его доли в общем портфеле банков. В процессе освоения государственных средств было создано около 5000 рабочих мест. Довольно высокооплачиваемых – 180 000 долларов каждое, у Султанова создание каждого рабочего места в рамках дорожной карты обходится всего лишь в 1800 долларов. Вторым пунктом доклада Кайрата Нематовича стала разработанная специалистами Самрука специально для Альянс банка программа льготного кредитования студентов дефицитных специальностей. Из выделенных на её реализацию 100 млн. долларов выдано 0,3%. О сворачивании проекта, санкционированного главой государства, и речи быть не может, поэтому г-н Келимбетов предложил в качестве первого шага расширить список специальностей.

Следом за Самруком бодро отчитался глава Нацбанка. Инфляция обуздана, внешний долг банковского сектора за полтора года сократился с 46 до 32 млрд. долл., а после реструктуризации долгов БТА и Альянса сократится ещё на десятку. Тем инвесторам, которые не разделят с нами радости за казахстанский финансовый сектор можно ненароком напомнить про те банки, которые свои долги ещё не реструктурировали, хотя безусловно могли бы. На справедливое замечание премьера о том, что столь благоприятный инвестиционный климат может вызвать вторую волну неконтролируемого энтузиазма среди кредиторов Григорий Александрович, ни секунды не замешкавшись, ответил, что такой вариант событий предусмотрен концепцией, и впредь внешнее заимствование банков будет составлять не более 30% от общих обязательств. На мой взгляд планка выглядит завышенной. При продолжении слаженной работы Самрука и правительства по реструктуризации долгов доля внешних заимствований банков будет неуклонно стремиться к нулю.

В конце заседания слово взял сам премьер. Чтобы не отставать в плане творческих инициатив от г-на Келимбетова, он предложил оседлать иностранных инвесторов, работающих в Казахстане, требованиями по размещению денежных средств на счетах казахстанских банков. Приемлемую для всех заинтересованных сторон цифру АФН и Нацбанк должны согласовать уже через месяц. Таким образом, до следующего инвестиционного форума у инвесторов будет достаточно времени, чтобы простить обиду.

Следующим шагом премьер-министр предложил ввести контрпроверки против мошенничества со стороны руководителей банков. "Существующая система регулирования (наивно!) предполагает, что руководители банков - добропорядочные люди, - сказал он, - по факту же оказалось, что в двух из первых четырех банков первые руководители оказались мошенниками!" Я просто теряюсь с чего начать. Наверное, с того, что по факту положение гораздо хуже. Если учесть, что уже арестованные Кебиров и Тасибеков возглавляли соответственно Темир и Лариба-банк, а временно свободный Ертаев – Евразийский, выходит, мошенники проникли в пять из тридцати восьми казахстанских банков. По счастливому стечению обстоятельств, прокуратура вовремя проверила три из них, что позволило локализовать ущерб. С другой стороны, по утверждению Григория Александровича мошенничество можно вскрыть только постфактум, и если первых три прокурорских проверки одним махом обезглавили пять банков, то можно представить, что начнётся в финансовом секторе, если эта практика станет регулярной.

Мне не очень понятно, на какой «факт» ссылался премьер в своей гневной речи. Никому из перечисленных им руководителей обвинение официально не предъявлено, я уже не говорю о такой мелочи, как решение суда. И что означает «контрпроверка» - проверку избирающих руководство акционеров, или согласующего их органа - АФН? Г-жа Бахмутова, как и я, подозревая худшее, попыталась охладить пыл премьера. "Рецепты есть, но они на поверхности простые, а на практике сложные", заметила она, объединив в одной фразе пространственные и временные понятия. Правда, испугавшись своей прямоты, тут же добавила, что по её мнению утверждаться должны не только члены СД и правления, но и сами акционеры. Не могу не согласиться с Еленой Леонидовной в том, что существующая система согласования руководителей и в особенности акционеров банков грешит либерализмом. С другой стороны надо смотреть на проблему шире, ведь законодательство точно также предполагает, что и руководители правительства – добропорядочные люди! Нет-нет, я не пытаюсь свалить с больной головы на здоровую, я наоборот пытаюсь помочь.

Допустим, это смелое предложение было принято ещё три года назад и распространялось бы на госслужащих также, как и на банкиров. Что смогла бы выявить контрпроверка прокуратуры при согласовании на должности нас с премьером в начале 2007-го? Мы вместе учились последние четыре года в РФМШ, ходили в один и тот же районный пионерский штаб. После школы я поступил в политех, а Карим в высшую школу КГБ, из которой по слухам вынужден был перевестись в Патриса Лумумбы. Мы оба присягали Советскому Союзу, у меня была военная кафедра, у Карима – год службы после школы КГБ. Мы одновременно начали работать с иностранцами, я с канадцами, а Карим с Миис Пирсон. Нас обоих неоднократно проверяли и КГБ на сотрудничество с иностранными разведками, и иностранцы на сотрудничество с КГБ. К концу 2006 года мы оба поработали и в банках и в правительстве. У нас обоих были семьи и не было судимостей, мы держали деньги в Халыке и Казкоме, и не финансировали террористов. Что могло бы насторожить прокуратуру в моей биографии, чего бы не было в биографии Карима? Незнание арабского и китайского? Национальность? Или отсутствие присяги на верность президенту? И если премьер и без решения суда знает, что я мошенник, то что мешает мне ставить под сомнение чистоплотность премьера?

Вы, такого паблисити искали, Карим Кажимканович? Или я тут что-то напутал? Мы оба ведём блоги, которые, правда, после вступления в силу закона «Об интернете» бывают доступны только периодически. Может, пообщаемся через форум, Премьер-Министр Мырза?

понедельник, 17 августа 2009 г.

«Кто останется из нас в дураках на этот раз?»

Рискованный эстрадный номер с превращением крупнейшего частного банка СНГ в «довольно крупный» банк отдельно взятой республики, исполняемый казахстанскими чиновниками, продолжает будоражить воображение публики и непосредственных участников процесса. Уже факир с мрачной решимостью распилил ящик ровно по середине, уже ассистенты под барабанную дробь увезли половину с подёргивающимися туфлями за кулисы. Уже напряжённая пауза перевалила за апогей, и затаившие дыхание зрители перебрали и отвергли все мыслимые и немыслимые варианты дальнейшего развития событий. Уже нервная улыбка ополовиненной жертвы начала растягиваться в гримасу. Однако факир не торопится завершать номер, а озадаченное выражение на его лице не оставляет никаких надежд на успешный исход трюка.

На прошлой неделе события в банке комментировали охотно и много. Причём, на фоне путанных посылов президента и непрофессиональных выступлений главы Самрука интервью Бахмутовой и Сайденова смотрелись в особо выигрышном свете. У меня вообще сложилось впечатление, что в правительственной команде намечается если не раскол, то, по крайней мере, кардинальное расхождение во взглядах на дальнейшие пути развития банковской системы. В этом вопросе профессиональные финансисты (Марченко, Бахмутова и Сайденов) придерживаются более консервативной и более рыночной политики. Профессиональные чиновники (Масимов и Келимбетов) – позиции, как скажем, так и будет. Поскольку Кайрат Нематович недвусмысленно дал понять, чьё слово в этом споре будет решающим, финансистам в публичных заявлениях приходится маневрировать между профессионализмом и реалиями.

И те, и другие с воодушевлением говорят про государственно-частное партнёрство. Термин не новый, но очень удачный. Удачный в том смысле, что рождён он был не финансистами, а чиновниками, а значит допускает самый широкий размах толкований. В частности, глава АФН трактует его, как привлечение частных банков в качестве операторов и соинвесторов в государственные проекты, отрицая эффективность прямого кредитования и долгосрочного участия государства в капитале. Келимбетов в том же определении видит возврат к административно-плановой системе, при которой банки получают квоты на государственные ресурсы и кредитуют проекты по указке государства. По мнению Бахмутовой в системе нельзя оставлять «зомби-банки» с большим портфелем необслуживаемых кредитов, по мнению Келимбетова – нет таких условий, на которых нельзя было бы «прогнуть» внешних кредиторов, была бы харизма.

Поскольку в Казахстане музыку в конечном итоге заказывают правительство и Самрук, финансистам в этих условиях приходится как-то штукатурить шершавые заявления представителей власти. Вот и ссылается Елена Леонидовна то на мировой опыт, то на теорию, в которой, как известно, можно найти любые обоснования. Ей, правда, предстоит ещё каким-то образом откомментировать очередной шедевр Кайрата Нематовича о десятимиллиардной дыре в трёхмиллиардном капитале, ну да не впервой.

По тем же самым правилам вынужден играть и г-н Сайденов, подгоняя реалии банка под официальную версию правительства. По его словам рекомендации о начислении неслыханного до сих пор объёма провизий сделали сами аудиторы, исходя из документов, которые они «видели, или наоборот не видели». Важная оговорка! Далее глава БТА банка подтвердил, что провизии по зарубежной и инвестиционной частям портфеля доведут-таки до 100% (а значит, кредиторам придётся списать 97% задолженности, зафиксировав убыток ради трёх центов на доллар). Понятен скепсис кредиторов, попросивших подтверждения этой информации независимым аудитором. В качестве последнего банк предложил KPMG, которая хотя и не работает с БТА, зато является агентом Самрука и Сбербанка по проведению предпродажной проверки. Поскольку цифры работающим над анализом портфеля аудиторам будут «показывать, или наоборот не показывать» те же самые люди, то и в выводах такой «независимой» проверки г-н Сайденов не сомневается. Что касается прямого доступа к документам представителей кредиторов, а так же их участия в проводимой банком масштабной претензионно-исковой работе, Анвар Галимуллаевич считает вопрос некорректным, поскольку это относится к взаимоотношениям банка с заёмщиком и к кредиторам «строго говоря, отношения не имеет».

Другой печальной новостью стало подтверждение реструктуризации ТФ. Как ни парадоксально, не смотря на то, что пострадавшей стороной в случае принятия такого решения будет экономика страны, похоже, именно правительство его больше всех и лоббирует. Удастся ли банку за оставшийся месяц «продать» кредиторам столь безнадёжное предложение, и что именно извлечёт факир из оставшейся половины распиленного ящика, поживём – увидим. Первая встреча с комитетом кредиторов назначена уже на завтра, будем ждать новостей.

понедельник, 10 августа 2009 г.

Итоги полугодия или доедет ли эта телега до Москвы.

Слава KASE, продолжающей публиковать информацию даже по банкам с государственным участием! Только благодаря бирже мы, пусть с опозданием на 10 дней, но всё-таки получили возможность познакомиться с полугодовым отчётом БТА банка. Признаюсь, особых сюрпризов я от этого документа не ждал, основные цифры уже были озвучены в инвесторской презентации, но в данном конкретном случае процесс может вполне оказаться интереснее конечного результата.

Интрига полугодового отчёта заключается в том, что именно второй квартал позволил в полном объёме проявиться управленческим талантам новой команды. Если первые два месяца после захвата новое руководство входило в курс и проводило инвентаризацию доставшегося добра, то в апреле картина уже полностью прояснилась. Была завершена сортировка портфеля, заведены дела на прежнее руководство, разработан и согласован сценарий вынужденного банкротства банка, изысканы средства на поддержку стремительно тающей ликвидности. Новое начальство списало на убытки половину портфеля, договорилось по основным положениям годового отчёта с аудиторами, объявило кредиторам дефолт по внешним обязательствам и с чувством выполненного долга принялось репетировать скорбное выражение лица в ожидании неизбежного.

После того, как стало ясно, что принятых мер для немедленного банкротства не достаточно, и кредиторы готовы обсуждать реструктуризацию, у нового руководства появилась уникальная возможность, продемонстрировать всё, на что они способны в управлении очищенным от плохих кредитов, необременённым внешними долгами банком. В довершение идиллической картины добавим неограниченные возможности в привлечении денег через Самрук и гос.программы, трепетную поддержку со стороны регулятора и Нацбанка и понимающее сочувствие со стороны основных конкурентов. Как же распорядилось этой возможностью команда мечты? Откроем отчёт.

Как я уже писал в предыдущих заметках, единовременное списание больше половины ссудного портфеля с начислением 100% провизий, признанием убытков и формированием 6 млрд. долл. отрицательного капитала было волюнтаристким решением менеджмента, не имеющим никакого отношения к итогам работы банка в 2008 году. В результате этого решения банка показал по итогам полугодия убыток в 9,8 млрд. долл. и сжался по активам до 17,1 млрд. долл. Сейчас нас интересует, что же происходило в банке помимо этого? Согласно таблице временной структуры кредитного портфеля за второй квартал ссудник банка увеличился на 14 млрд.т. за счёт двух категорий – кредиты до месяца (+6 млрд.т.) и свыше 5 лет (+25 млрд.т.). При этом остальные категории займов от месяца до 5 лет суммарно припали на 17 млрд. т. Это значит, что банк помимо раздачи выделенных по гос. программе средств на ипотеку, выдаёт только короткие кредиты на поддержание оборотных средств. Весь остальной портфель не рефинансируется и естественным путём сокращается. Выходит, грош цена всем патриотическим заявлениям Келимбетова о необходимости сохранения банка во имя блага и процветания его клиентов.

В обязательствах за второй квартал увеличились на 113 млрд. тенге операции РЕПО. Это значит, съедено ещё 750 млн. долл. из нарисованных Самруком 4,3 млрд. Если дело так пойдёт и дальше, то к моменту подписания договоров о реструктуризации у банка не останется и обещанного инвесторам миллиарда на опцию выкупа с 97%-дисконтом. Депозитная база, сократившаяся без учёта девальвации на 200 млрд. тенге в первом квартале, уменьшилась ещё на 100 млрд. во втором, причём потери распределились в соотношении 40/60 между физическими и юридическими лицами. Народ медленно, но верно продолжает тянуть из банка депозиты. Надо полагать, всё ещё под впечатлением от сравнения вкусовых качеств хрена и редьки в газете Республика. Почти в два раза по сравнению с первым кварталом и в пять раз по сравнению с началом года увеличилась кредиторская задолженность. На 1 июня она составила 120 млрд. т. – очень тревожный признак. Банк, который не испытывает недостатка в наличности предпочитает не отдавать, а накапливать долги.

Как видим, даже в абсолютно тепличных условиях новая команда не способна адекватно управлять банком. Это значит, что даже в случае прощения всех внешних долгов, банк под руководством кормчих от государства продолжит разваливаться и при сохранении всех наметившихся тенденций не доживёт даже до грядущего юбилея Главного кормчего страны. Для любителей самостоятельно покопаться в цифрах прилагаю ссылку на отчёт.

http://www.kase.kz/ru/emitters/show/btas

воскресенье, 9 августа 2009 г.

Три магнитофона, три портсигара, пиджак замшевый … три.

В театре абсурда антрактов не бывает. Прокурор Алматы Амирхан Естаев в очередной раз проинформировал общественность о ходе экспроприации принадлежащего Аблязову имущества. Напомню, первый бюллетень на эту тему прокуратура выпустила на кануне 1 апреля. Тогда под арестом оказались денежные средства в сумме 8,6 миллионов долларов, просто средства на сумму свыше 1 миллиона долларов, три самолета, три здания, 106 земельных участков, 86 квартир, 67 гаражей в подземных паркингах, пять офисных помещений и 14 автомобилей. Страна ахнула от неприкрытой разнузданности богатства. Мало кто задался вопросом для чего банкиру 67 гаражей на 14 машин - у богатых свои причуды.

Прокуратура, надо отдать ей должное, на достигнутом не остановилась и уже спустя три недели дополнительно установила и незамедлительно арестовала принадлежащие Аблязову и его подельникам 825 недостроенных квартир, 8 офисных помещений и 25 машин. Судя по всему, на этом коварный олигарх оборвал нити, ведущие к его богатству, поскольку следующий месяц усилий никаких активов к этому списку не добавил. Любая другая прокуратура на этом бы и успокоилась, но только не наша. Не считаясь с командировочными расходами, представители прокуратуры отправились на поиски имущества на территорию стран СНГ и дальнего зарубежья. 14 мая Сапарбек Нурпеисов заверил журналистов, что как только будет установлено все имущество Аблязова за рубежом, оно будет арестовано, а в странах, с которыми мы имеем соответствующие межгосударственные правовые соглашения - конфисковано. Список аблязовских активов в СНГ Нурпеисов тогда же пообещал опубликовать через неделю.

Однако, ни через неделю, ни через месяц прокуратура ничего не опубликовала. Кроме того, прекратились всякие комментарии на тему экспроприации. И вот после эффектной трёхмесячной паузы выступил прокурор Алматы. Что же изменилось за прошедшее время? Прокуратура нашла ещё 30 земельных участков, теперь их 136. Число квартир увеличилось на 23 и составило 924. Если считать три здания, упомянутые в первом пресс-релизе, коттеджами, то к ним добавилось ещё 9. Число самолётов не изменилось, а вот машин стало больше, а именно 80 (понятно теперь, зачем ему гаражи понадобились!). Почему-то эти самые гаражи из списка выпали, также как деньги и офисные помещения. Не слышно ничего и про зарубежные активы, хотя элементарная обывательская логика подсказывает, что человек, живущий почти на тыщу квартир в Алматы урезать себя в потребностях в других мировых столицах никак не должен.

Хочется верить, что возврат банку арестованного прокуратурой имущества будет учтён в качестве смягчающего обстоятельства для 12 обвиняемых моих коллег, что касается прокуратуры и людей, отдающих команды на травлю, то у меня к ним свои претензии, но это – тема отдельного разговора.

пятница, 7 августа 2009 г.

Правила хорошего тона.

Я уже почти 20 лет работаю с иностранцами и всё-равно с завидной регулярностью продолжаю открывать для себя неизвестные мне ранее правила и нормы поведения, которые для моих собеседников настолько очевидны, что они не считают нужным меня об этом предупреждать. Чаще всего это происходит, когда попадаешь в незнакомую ситуацию впервые и пытаешься пройти её, опираясь на привычные подходы, причём оконфузиться можно как по не знанию, так и в силу того, что просто постеснялся спросить. Несмотря на то, что казахстанские банки уже больше десяти лет активно работают с иностранными партнёрами, неизбежно продолжают появляться новые ситуации, в которых наши попытки действовать по собственному разумению приводят к конфузу.

Вчера с открытым письмом к президенту Назарбаеву обратились президенты двух международных организаций: Банковской Ассоциации по Финансам и Торговле (BAFT) и Международной Ассоциации Финансовых Услуг (IFSA). Серьёзную озабоченность банкиров вызвало намерение БТА включить торговое финансирование в список реструктурируемых долгов. Такой шаг со стороны любого системообразующего банка, указывается в письме, не имеет прецедентов в мировой практике и окажет значительный негативный эффект как на банковский сектор страны, так и на всю её экономику. В частности, он приведёт к закрытию кредитных линий на Казахстан со стороны международных банков, введению ограничений на виды финансируемых сделок и резкому удорожанию кредитных ресурсов. Даже после преодоления мирового финансового кризиса стране потребуются годы на восстановление утраченной репутации. Опираясь на опыт других стран, банкиры обращают внимание президента на то, что сколь бы серьёзным ни были стоящие перед страной проблемы, банки и правительства этих государств продолжали обслуживать обязательства по торговому финансированию в полном объёме. Это в значительной степени способствовало их скорейшему выходу из кризисной ситуации. Письмо завершается призывом к правительству не создавать прецедента и не вынуждать международное банковское сообщество на ответные меры.

Поясню, о чём идёт речь. К торговому финансированию (ТФ) относится краткосрочное финансирование сделок, связанных с импортом товаров, за счет средств иностранных банков в рамках аккредитивов, выпущенных банками отечественными. В отличие от других видов фондирования ТФ завязан на конкретные сделки с конкретными компаниями. Если двусторонние займы могут предоставлять только десяток-другой крупных международных банков, то в ТФ участвуют сотни и тысячи мелких. На сегодняшний день объём ТФ в Казахстане составляет порядка 10 млрд. долл., из которых на долю БТА приходится 3,5. Само упоминание о возможности включения ТФ в схему реструктуризации в инвесторской презентации БТА вызвало широкую волну недоумения и беспокойства, как среди банков-участников, так и среди импортёров-экспортёров.

Не стоит и говорить, что отказ от исполнения обязательств в полном объёме БТА Банком приведёт к плачевным последствиям для всех остальных казахстанских банков и в первую очередь для Казкома. Следом под удар попадут отечественные экспортёры-импортёры. В конечном итоге, ТФ окажется, как и пятнадцать лет назад, исключительной прерогативой иностранных банков, работающих в Казахстане, и все клиенты по роду деятельности на него завязанные перетекут к ним. И эмоциональный призыв президента «Не пущать!» останется пустым звуком.

Меня не удивляет безграмотность новой управленческой команды, решившей чохом списать все долги, но ведь на банк, не покладая рук и сменяясь, как шахтёры в забое, трудится целая орава иностранных консультантов. Им-то за что деньги платят?! Я надеюсь, руководству БТА удастся, помахав за спиной фуражкой, как-то разогнать испорченный воздух. Но это не снимает вопроса о доле участия в списании долгов остальных инвесторов. В базовый вариант с 66%-м дисконтом никто из инвесторов уже не верит, а на 97% дисконта им идти смысла нет. Как ни кинь, получается, добивает банк новая команда под заявления о растущем доверии к банковскому сектору.

четверг, 6 августа 2009 г.

Сколько ни говори «хрен», во рту слаще не станет.

Ещё не высохли чернила на судебном решении о взыскании 800 млн. тенге с благотворительного фонда «Алем Арт», как в БТА нашли нового ответчика, виновного в ухудшении финансового положения банка. Им стала газета «Республика - деловое обозрение. Дубль 2». В статье «Хрен редьки не слаще», вышедшей 6 марта текущего года, М. Адилов предположил, что банк в результате вмешательства чиновников обречён на банкротство. Поскольку до того момента такая мысль никому в голову не приходила, её публикация представила банк в несколько невыгодном свете.

По утверждению истца, данная газета «является авторитетным средством массовой информации, пользующимся доверием читательской аудитории и занимающим лидирующие позиции при освещении событий в области экономики и политики» (честное слово, так и написали!). Упомянутая статья в период с 13-го по 20-е марта обусловила отток вкладов физических лиц из Банка в объёме 1,4 млрд. тенге. Мало того, публикуемые газетой материалы «наносят вред не только деловой репутации Банка и государства, но также способны воспрепятствовать выполнению Банком принятых на себя обязательств перед кредиторами, вкладчиками и партнёрами и спровоцировать с их стороны отказ от сотрудничества с Банком». В оригинале было длиннее, но я сократил.

Ссылаясь на закон о СМИ, истец просит газету перепечатать эти же обвинения жирным шрифтом, добавив курсивом, что автор допускает мысль о несоответствии своего субъективного мнения суровой действительности. Редакция газеты должна признать, что не обладает полной и достоверной информацией об АО БТА Банк. Кроме того, в качестве компенсации «морального вреда, … в том числе нравственных и физических страданий, испытываемых потерпевшим», Банк требует с ответчика 60 млн. тенге и оплату судебной пошлины. Чтобы не быть голословным, Банк приложил к заявлению копию статьи и заверенную печатью таблицу движения депозитов физических лиц за март месяц.

Посочувствовав печатающим меня коллегам по перу, я заглянул в эту таблицу, заинтригованный причиной по которой пагубное действие статьи началось лишь спустя неделю после выхода. Из таблицы следовало, что розничные депозиты БТА в марте действительно сильно лихорадило. Тем не менее, за указанный в исковом заявлении период с 13-го по 20-е марта депозиты не уменьшились, а УВЕЛИЧИЛИСЬ на 922 млн. тенге. Пересчитав для надёжности изменение депозитной базы с 6-го по 20-е, я получил суммарный прирост в 890 млн. тенге! Что касается оттока, то он начался с 24-го марта – по странному стечению обстоятельств даты публичного объявления меня в международный розыск. Только за последнюю неделю месяца вкладчики забрали из банка 7,3 млрд. тенге. Думаю, ответственность за это должна нести генеральная прокуратура.

Что касается иска, ни в коем случае не пытаясь навязывать своё мнение коллегам по клавиатуре, хотел бы предложить компромиссный вариант. Газета публикует опровержение под заголовком «И всё-таки, хрен редьки слаще!», в котором открыто признаёт, что не обладает полной и достоверной информацией об АО БТА Банк. В конце концов, этой информацией не обладают, ни вкладчики, ни инвесторы, ни даже менеджмент, так что стыдиться тут нечего. Банк оплачивает газете публикацию мартовской статьи по рекламным расценкам, а судебная пошлина делится пополам и оплачивается поровну. В результате банк получит удовлетворение морального ущерба, а газета – решение суда с признанием её авторитетным СМИ и далее по тексту. Я готов выступить посредником в переговорах.

Рецепты счастья или в Багдаде всё спокойно!

Один из моих знакомых сказал: «Чтобы быть счастливым, надо, во-первых, бодриться, во-вторых, не быть идиотом!». При кажущейся абсурдности утверждения оно удивительно точно работает как в личном, так и в более широком плане. К сожалению, наши государственные чиновники никак не могут добиться одновременного выполнения этих двух условий. Получается либо одно, либо другое. На этой неделе особенно хорошо получалось бодриться. С самого начала серией выступлений в СМИ тон задал Кайрат Келимбетов. Однако, его программные заявления не нашли отклика у предполагаемых участников этих программ. В итоге, оценки рейтинговых агентств, молчание Сбербанка и отповедь Григория Марченко выставили Кайрата Нематовича в невыгодном свете и не дали почувствовать себя счастливым.

Следом на рабочей встрече с президентом бодро выступили финансисты. Президент, судя по всему, остался доволен, но для общественности впечатляющая картина преодоления самой тяжёлой фазы кризиса была смазана некстати опубликованным отчётом Moody’s, с информацией о том, что проблемы в финансовом секторе останутся ещё на год-полтора и не исключены новые реструктуризации и банкротства банков. В стремлении взбодрить страну от финансистов не отставало и правительство. Прогноз ежегодного прироста ВВП в 2009-2011 годах был снижен с 5-7% до 1-3%, этот год предполагается закончить с ростом от 0% до 1%. Чувствуете оптимизм? С ростом в ноль процентов! Одинаково впечатляют как амплитуда, так и точность прогноза, надо полагать десятичные регистры на калькуляторах Минэкономики не предусмотрены. А вот дотошный МВФ насчитал в этом году 2,2% падения и предварительные итоги полугодия эту цифру подтверждают.

Золотовалютные резервы Нацбанка с начала года не прибавили, а Нацфонд «похудел» на 5 млрд. долларов. В отсутствие собственных денег приходится полагаться на заёмные, соответственно планируемые объёмы государственного заимствования были скорректированы в сторону увеличения. Заканчиваются деньги и у Самрука, на его капитализацию правительство выделило 2,3 млрд. долл. плюс ещё 850 млн. на кредитование. Не умея распорядиться накопленными за годы роста ресурсами, правительство продолжает бездарно проедать колоссальные суммы, в то время, как экономика страны продолжает падать. При сохранении скорости обоих процессов денег хватит года на два, но это – ещё не самое страшное.

Больше всего на этой неделе огорчило не правительство, а Администрация президента. Я не знаю, кто готовил текст заявления по итогам встречи с Казкомом и Халыком, но, боюсь, счастье этому сотруднику в жизни не грозит, сколько бы тот не бодрился. Надо же если и не понимать, то хоть немного думать о том, что вкладывается в уста главы государства! В итоге насколько оптимистичным выступление получилось по тону, настолько же нелепым оно выглядит по содержанию. Во-первых, говорить о растущем доверии к банковской системе, всё-равно, что плевать против ветра. Освоение раздаваемых направо и налево государственных средств и номинальный прирост депозитов, рассчитанный без учёта девальвации, - ещё не повод говорить о росте доверия, а единодушные оценки МВФ и рейтинговых агентств подтверждают обратное.

«Разговоры о том, что наши банки обанкротятся, что придет какой-то иностранный банк и все средства уйдут туда - абсолютно неправильны. Я ответственно заявляю - никакому зарубежному банку контролировать банки Казахстана мы не дадим.» - это о чём? О Сбербанке!? Так они даже покупку БТА комментировать отказываются. С тем же успехом президент мог заявить, что не позволит иностранцам вывозить из страны радиоактивные отходы. Потом, кто такие «мы», и почему именно «не дадим» в банковской, если дали в сырьевой? И как это согласуется с призывами инвестировать в Казахстан?

Зачем президенту было публично объявлять о том, что государство является КРУПНЕЙШИМ акционером Казкома, и тем самым раскрывать истинных владельцев фонда Альнаир? Ведь любой человек с калькулятором быстро прикинет, что доля Нуржана Субханбердина в результате захода Самрука размылась только до 32% и по официальной статистике ОН остаётся крупнейшим акционером. Одно дело, когда про долю «семьи» знают и молчат, другое дело, когда это открыто заявляет президент страны. Чего стоит его призыв уходить из банков, «на которые мы никаким образом не можем повлиять»? В чём выражается это влияние, и как должны чувствовать себя после такого заявления банки с иностранным участием?

Последняя часть заявления полностью состоит из невразумительных противоречащих друг другу высказываний. Говоря о росте накоплений, президент мешает в одну кучу вкладчиков и кредиторов, не уточняет, кто именно обременяет кредитами молодожёнов, отождествляет приуроченный к дню рождения запуск предприятий с ростом экономики и обвиняет США в невыполнении социальных обязательств. Я не пытаюсь придраться к тексту и не иронизирую. Именно так это заявление будут анализировать инвесторы. И если я по опыту работы в правительстве ещё допускаю возможность безграмотного брифинга перед пресс-конференцией, то западные инвесторы сказанное президентом от самого президента не отделяют. И когда в печать выходят подобные заявления, у них возникают вопросы в части того, насколько адекватные указания даёт глава государства финансовому сектору и каких ещё неожиданных сюрпризов от него можно ожидать.

Хотелось бы закончить чем-нибудь оптимистичным, но после чтения подобных пресс-релизов бодриться у меня совершенно не получается. Завтра ещё раз попробую, утро вечера мудренее.

вторник, 4 августа 2009 г.

А в остальном, прекрасная маркиза, всё хорошо, всё хорошо!

Президент Назарбаев провел в Алматы рабочее совещание по вопросам финансового сектора страны. Присутствовали все, кроме премьера. Перечень обсуждаемых вопросов напоминал собрание родственников у постели тяжелобольного. Судя по пресс-релизу, говорили много и только о хорошем. Главе государства доложили о макроэкономической ситуации в стране, которая в условиях стабилизации цен на нефть может только улучшаться; о стимулировании притока иностранных инвестиций в добывающие сектора; о контроле за отсутствием внешних заимствований и 15-летии с начала развития фондового рынка страны. Наблюдаемые за отчётный период тенденции носили исключительно позитивный характер и оказывали стабилизирующее влияние. Похоже, основным спикером был Григорий Александрович, остальные больше улыбались.

За пределами докладов осталась ситуация в БТА и Альянсе, состояние кредитного портфеля банков, отток депозитов, рейтинги, расходование средств Нацфонда, влияние девальвации на статистику банковского сектора и другие потенциально нервирующие главу государства вопросы. С точки зрения участников совещание прошло успешно, с точки зрения финансового сектора оно ничего не прибавило. У меня возникает резонный вопрос, если президент не участвует в принятии решений о судьбе финансового сектора, то кто их принимает? В правительстве не так много людей, разбирающихся в этих вопросах. Премьер, не смотря на опыт работы в Халыке и АТФ банке, финансистом не является, к Марченко могут прислушиваться, но к рулю не подпустят. Неужели Келимбетов? Последние активные выступления Кайрата Нематовича по самому широкому спектру вопросов заставляют по-новому взглянуть на его роль во властной обойме.

Судите сами, выступая по вполне уместному для его позиции вопросу реструктуризации долгов БТА, глава Самрука, как бы невзначай обмолвился о поручении президента разработать концепцию посткризисного финансового сектора и тут же озвучил смелую идею слияния Нацбанка и АФН. При этом он недвусмысленно дал понять, что глава Нацбанка его ещё устраивает, а вот руководитель АФН нужен похаризматичнее. Говоря о возможной покупке БТА Сбербанком, Келимбетов не только расписал механизм покупки, но и обозначил, какие именно проекты россияне должны будут финансировать после завершения сделки. В том же уверенном тоне он набросал схему взаимоотношений с кредиторами БТА и Альянса. Тема долгов дала возможность указать, на тот факт, что Самрук по объёмам финансирования банков идёт сразу за внешними заимствованиями (а после реструктуризации пойдёт и впереди них). Пассаж о планируемой в будущем продаже пакетов осчастливленных присутствием Самрука банков тоже не оставил сомнений в том, кто в этих банках является хозяином. И, наконец, сегодня Келимбетов с ловкостью фокусника вытащил из рукава 500 млн. долл. подзабытого за ненадобностью фонда стрессовых активов. Кто будет этими деньгами распоряжаться, а также командовать парадом, думаю ясно.

Я не силён в отгадывании выигрышных номеров в чиновничьей лоторее, но, сдаётся мне, небывалый драйв Кайрата Нематовича вызван невидимыми простому глазу тектоническими подвижками в самом сердце президентской системы сдержек и противовесов. Я не находил внешних причин столь внезапному и всеобъемлещему оптимизму главы Самрука, но возможно их и не было, и те характерные симптомы, которые мы с вами наблюдаем, являются простым отражением очередного эндшпиля на президентской шахматной доске.

понедельник, 3 августа 2009 г.

Оптимисты, вперёд! Оптимисты, вперёд!

Интервью Келимбетова, вышедшее на прошлой неделе в Панораме, одновременно появилось и на новостной ленте РИА Новости. То ли в силу того, что у россиян с цензурой попроще, то ли от того, что г-н Келимбетов акценты слегка поменял, но звучал он гораздо свободнее, что и заставило меня вернуться к теме. В российской версии интервью больше цифр и дат, и гораздо навязчивей преподносится идея ужесточения регулятивных мер. Меня тревожит бесшабашный оптимизм главы Самрука. В отличие от прежних, размытых до полной потери смысла высказываний руководства БТА, Кайрат Нематович, не стесняясь, называет вещи своими именами. Главной проблемой управляемых Самруком банков он считает присутствие акционеров в топ-менеджменте и совете директоров, при этом констатируя, что их имена в случае с БТА так и остались невыясненными.

Не скрывает г-н Келимбетов и того факта, что выявленная по утверждению новой команды практика кредитования связанных лиц характерна для всех банков, надо полагать, независимо от присутствия в них представителей прокуратуры. Наконец, он признаёт, что качество портфелей банков до конца года будет ухудшаться. Панацея от всех перечисленных напастей видится Кайрату Нематовичу в ужесточении контроля, чтобы чётко прописано «кто за что отвечает». На самом деле, речь, по-видимому, идёт о расширении перечня уголовно наказуемых деяний на сугубо банковские виды деятельности: привлечение внешних заимствований, выдача кредитов связанным сторонам или в страны, находящиеся вне зоны досягаемости казахского регулятора, сокрытие конечных бенефициаров и т.д. Поправки призваны будут расчистить для государства управленческое поле либо через изоляцию банкиров от общества, либо через поощрение зарубежного туризма среди этой же категории граждан.

Со слов Кайрата Нематовича следует, что из 2 млрд. долл. розничных депозитов банк после захода Самрука потерял 1,3 млрд. Сколько осталось? Думаете 0,7? Нет, правильный ответ – 1 млрд. долл., и эта сумма вполне может быть погашена из фонда гарантированного страхования депозитов, при условии, правда, что фонд докапитализируют на 60 млрд. тенге. Также была озвучена и сумма процентных выплат, которые банк с 22 июля отказался производить – 40 млн. долл. (в месяц, надо полагать). То ли с ликвидностью туго, то ли кредиторам сигнал прощаться с надеждой. Кстати, кредиторы подъедут в Казахстан в течение недели. Им покажут бизнес-план и предложат выбрать между банкротством (ноль центов на доллар возврата) и реструктуризацией (три цента на доллар). Неделей позже они должны будут предварительно согласиться и к середине октября выйти на окончательное соглашение. Интересно, что в расчёт сумм возврата Келимбетов включил и московские строительные проекты БТА, которые новое руководство полностью списало за баланс.

Озвучена и цифра потраченных Самруком на поддержку экономики средств – 13 млрд. долл. на конец февраля. После этого только для БТА были нарисованы ещё 4,3 млрд. долл. Результатом титанических усилий по освоению средств стало падение ВВП по итогам полугодия всего на 2,2%. Такой привлекательный со всех сторон банк не может стоить дёшево, и нетерпеливо ожидающему конца реструктуризации Сбербанку придётся раскошелиться. Не дождавшись от россиян внятных заявлений, Кайрат Нематович на правах члена наблюдательного совета Сбербанка, набросал возможные схемы его участия, в том числе через обмен акций. Если оптимизм главы Самрука в отношении будущего для банка и банковской системы не разделили МВФ и рейтинговое агентство Moody’s, то оптимизм в отношении Сбербанка не разделили уже российские аналитики.

Последним в ряду не разделивших оптимизм Келимбетова скептиков оказался Григорий Марченко. Не смотря на лестные слова, сказанные в его адрес, глава Нацбанка назвал идею объединения с АФН нецелесообразной. И действительно, абсурдность такого шага стала очевидной после того, как главный банкир озвучил основные черты концепции будущего финансового сектора: контрцикличность надзора и развитие механизма государственно-частного партнерства. Если насчёт первой ещё можно что-то гадать, то, что подразумевается под второй, я решительно не представляю. Одно ясно, слияние двух ведомств ни туда, ни сюда никак не вписывается. Думаю, источник оптимизма г-на Келимбетова станет ясен достаточно скоро и тогда мы дружно посмеёмся над своей недальновидностью, а пока будем держать пальцы скрещёнными и следить за развитием событий.

Напоследок, о личном. С форумов до меня доходят слухи о попытках блокирования блога и взлома моего почтового ящика. Для безопасности своих респондентов прошу в переписке пользоваться анонимными почтовыми ящиками и сохранять инкогнито. Дайте мне знать, если зайти на блог у вас не получается. Удачного вам дня и до новой встречи на этой странице!